Города и Страны

Колокольня Троице Сергиевой Лавры

Колокольня Троице-Сергиевой лавры символически тесно связана со святой Троицей. Строилась она на протяжении трех десятилетий во времена правления трех императриц. Руководили строительством последовательно трое зодчих. На сегодняшний день на колокольне установлено 33 колокола, включая самый большой действующий в мире – Царь-колокол, весом 72 тонны…

Это самая высокая колокольня в России. Ее высота составляет 88 метров, что на 11 метров выше звонницы Новодевичьего монастыря и на 6 метров – колокольни Ивана Великого в Московском Кремле.

Проект был разработан к 1740 году, тогда же императрицей Анной Иоанновной было принято принципиальное решение о строительстве. Однако начало возведения постоянно откладывалось из-за разногласий по вопросу точного места сооружения колокольни.

В 1741 году в правление Анны Леопольдовны все спорные вопросы были улажены и строительство началось. Продолжалось оно вплоть до 1770 года.

В 1748 году прямо во дворе лавры для колокольни был отлит Царь-колокол весом 4065 пудов (65 тонн) – самый большой колокол на Руси (после двух кремлевских). Общее число колоколов первоначально составляло 42 штуки, затем было доведено до 50.

В 1930 году колокола с колокольни были сняты. Находящемуся в монастыре Сергиевскому музею были переданы в качестве экспонатов лишь некоторые из них – остальные пошли на переплавку.

В 1999-2001 годах была проведена масштабная реставрация колокольни Свято-Троицкой Сергиевой лавры. В последующие годы были заново отлиты три больших благовестных колокола, включая Царь-колокол, который увидел свет в 2003 году на Балтийском заводе в Санкт-Петербурге.

В 2004 году Царь-колокол был доставлен в лавру и поднят на колокольню. Путешествие гиганта из Петербурга в Москву продолжалось пять суток. Трейлер двигался по специально проложенному маршруту со средней скоростью около 40 км/час. В составе кортежа было несколько машин ГАИ и бригада электриков, которые по необходимости приподымали линии электропередачи.

По прибытии Царь-колокола в Сергиев Посад на Красногорской площади перед Троице-Сергиевой лаврой был отслужен торжественный молебен.

Колокольня Троице-Сергиевой Лавры

Затем началась непростая работа по перемещению колокола внутрь крепости – по габаритам он не проходил ни в одни ворота монастыря и для того, чтобы его доставить к колокольне пришлось растачивать Успенские ворота.

На сегодняшний день лаврский Царь-колокол – самый большой действующий колокол в православном мире – его вес составляет 72 тонны и еще 2 тонны весит его язык.

Всего на колокольне Троице-Сергиевой лавры установлено 33 колокола, радующих своим звучанием паломников и туристов по воскресным и праздничным дням. Старейший из них — «Чудотворцев» или «Ноконовский» — отлит в 1420 году при игумене Никоне, преемнике преподобного Сергия Радонежского.

В обычные дни попасть на колокольню весьма непросто. Главным препятствием является ее высота и строгие требования к технике безопасности, особенно в зимнее время года. А уж звонить в колокола не звонарям — несущим другие послушания монахам и мирянам – позволяется всего один раз в году: в период Светлой седмицы – первой недели после Пасхи. Согласно церковной традиции в это время любой верующий может приехать или прийти в лавру, подняться на колокольню и выразить свою радость по поводу воскрешения Христа звоня в колокола. 

Самым значительным памятником XVIII века существенно обогатившим не только ансамбль Троицкого монастыря, но и всю русскую архитектуру, является знаменитая лаврская колокольня. История ее строительства служит наглядным примером той осторожности и внимания, с которым подходили русские архитекторы к возведению новых зданий в условиях уже сложившегося ансамбля.

После сооружения огромных зданий трапезной и Чертогов монастырские власти стали усиленно хлопотать о разрешении построить новую, высокую колокольню, способную объединить собой весь разросшийся ансамбль монастырских зданий. Их желание было удовлетворено, из Петербурга последовало распоряжение, чтобы со старой колокольни у Духовской церкви «колокола собрать и оную разобрать», а с монастыря снять план и прислать его ко двору, после чего «о строении новой колокольни определение учинится». Два года спустя в Лавру был прислан чертеж, утвержденный императрицей Анной Иоановной, «каким образом в том монастыре строить колокольню». Проект колокольни, разработанный придворным архитектором И. Шумахером, представлял довольно обычную для того времени трехъярусную композицию с применением классического ордера. Общие пропорции здания, и особенно его нижняя часть отличались чрезмерной грузностью. Место для новой звонницы назначалось в геометрическом центре древней площади монастыря, против западного входа в Успенский собор.
 

Известный московский архитектор И.Ф. Мичурин, которому было поручено строительство колокольни, убедительно доказал, что построенная на этом месте колокольня не только бы загромоздила всю площадь перед Троицким собором и подавила бы последний своими размерами, но и сама колокольня «от того малого расстояния народом видна много быть не могла». Он предложил разместить колокольню не в центре, а на северной стороне площади, там, где в те годы еще стояла старая ермолинская трапезная XV века. Смещение колокольни с оси Успенского собора освобождало ее от тесной связи только с одним зданием, и она действительно становилась равнодействующей всего монастырского ансамбля, усиливая художественное воздействие всех его сооружений. Предложение Мичурина, поддержанное монастырем, было послано в Петербург. Ответ не оставлял надежд своей категоричностью, поскольку положение колокольни было утверждено императрицей Анной Иоановной. Монастырские власти были вынуждены начать рытье котлована под фундамент в центре площади, но Мичурин, убежденный в своей правоте, снова обратился с протестом в Петербург, и летом 1741 года с разрешения уже другой императрицы Елизаветы Петровны, состоялась, наконец, закладка новой колокольни на новом месте.
Согласно специальному предписанию, работы велись «неспешно», чтобы колокольня «на фундаменте отстояться могла без повреждения, и для того, «дабы и большой колокол перелитием к поставке в ту новую колокольню изготовился».

Колокольня Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. История.

А колокол был задуман грандиозный, самый большой в России по размерам и весу. За его отливку взялись колокольные мастера Семен Степанов и Гаврила Лукьянов, незадолго перед этим принимавшие участие в изготовлении Царь-колокола для звонницы Ивана Великого в Московском кремле.

К северу от монастыря был специально построен «колоколенный завод» с литейной ямой, амбарами и избой для мастеров. Два года заняли подготовительные работы, и в июне 1746 года в Петербург, где проживал в то время настоятель монастыря Арсений Могилянский, был послан запрос на разрешение начинать отливку колокола, не дожидаясь сообщений из столицы. Но произошло непредвиденное: под тысячепудовой тяжестью огненного металла форма прорвалась, и часть меди вылилась в яму. К мастерам монастырские власти приставили караул, из Петербурга настоятель прислал приказание с ответственных монастырских чиновников, допустивших отливку колокола «без резолюции», взыскать штраф с каждого в размере годичного жалования.

Колокольные мастера не отрицали свою вину и без дополнительной оплаты обязались исправить ошибку. Ещё два года ушло у них на разбивку неудачного литья, изготовление новых форм с «летописью и рисунками». Только в 1748 году лаврский царь-колокол был наконец отлит заново. По подсчетам мастеров, вес колокола составил 6,5 тонны, высота «до ушей» 3,9 метра, 4,3 метра в диаметре. Монастырские власти с гордостью подчеркивали, что это был самый большой колокол, «какой только есть во всей России, а может быть, и во всем свете, в действительном употреблении». Помимо надписи, в которой излагалась история отливки колокола, его украшали также искусно исполненный рельефный герб Российского государства и портреты цариц и царя, в царствование которых велось строительство колокольни, – Елизаветы Петровны, Петра Федоровича и его супруги Екатерины Алексеевны. Колокол был подвешен на мощных дубовых столбах перед колокольней, которая была ещё одета лесами и не достроена. Три тысячи посадских людей под управлением 10 конных распорядителей три дня тянули сюда колокол от места отливки, которое находилось в нескольких сотнях метров от монастыря.

В 1747 году Мичурин был послан на ответственные работы в Киев, и дальнейшее строительство этого уникального сооружения связано с именем его ученика – другого талантливого русского архитектора Д.В. Ухтомского. Как и Мичурин, Ухтомский весьма критически отнесся к проекту, по которому велось строительство колокольни. Он видел, что ее низкая трехъярусная композиция подчеркнуто европейской архитектуры не гармонировала с окружающими архитектурными постройками, исполненными в ярко выраженных национальных формах, и явно не могла взять на себя роль главного композиционного и идейного центра, которая по традиции отводилась подобным сооружения в ансамблях русских монастырей. Власти Троицкого монастыря также всегда лелеяли мысль о том, чтобы их колокольня, подобно только что отлитому для нее колоколу, была бы самой высокой в стране, превышая звонницы других монастырей, а может быть, даже и столп самого Ивана Великого в Московском Кремле. Поэтому они всячески поддерживали Ухтомского, когда он, воспользовавшись посещением монастыря императрицей Елизаветой Петровной в июле 1753 года, представил ей смелый проект увеличения высоты колокольни. Архитектор блестяще использовал конструктивные возможности строившегося здания и без какого-либо усиления основания предложил поставить на нижний двухъярусный этаж не два, а четыре убывающих вверх яруса звона. Увенчанные необычным куполом в виде золотой чаши прекрасного рисунка с коронами по четырем сторонам, два новых яруса придали стремительный взлет всему сооружению, сделав его композицию принципиально новой, исключительно торжественной и необычайно лёгкой и воздушной.
 

Предложение о надстройке колокольни понравилось императрице, а монастырские власти постарались сразу же, не снимая лесов, менее чем за три года построить ее на новую высоту. Однако трудоемкие и ответственные работы растянулись еще на 15 лет. Такая задержка в значительной мере была вызвана разногласиями между архитектором Ухтомским и духовенством. Ухтомский предложил поставить на парапете гульбища скульптуры, преследуя цель лучше организовать переход от широкого основания колокольни к его стройному верху и подчеркнуть торжественность сооружения. Однако духовенство сочло это «непристойным». Споры стали предметом рассмотрения в сенате и синоде, затем были переданы на окончательное решение директору Академии художеств Бецкому, который дипломатично предложил убрать скульптуры совсем, а вместо них «употребить приличные орнаменты и вазы», что и было сделано. Отношения духовенства с архитектором настолько обострились, что в 1765 году синод просил Екатерину II дать ему отставку, но когда строительство было почти завершено и оставалось провести только штукатурные работы, Ухтомский, ссылаясь на слабость здоровья, подал в отставку сам.

На колокольню были подвешены 42 колокола разных размеров и разного веса, позднее количество достигло 50. Самым первым в 1759 году при огромном стечении народа на второй ярус колокольни был поднят царь-колокол, в подъеме которого участвовало 3000 «рабочих людей». Раскачивать его 88-пудовый язык было очень трудно, и его сняли, установив специальное устройство, но и эта громоздкая машина стала угрожать сохранности сводов. Язык вернули обратно в 1760 году, и хотя звонили в него не часто, в 1795 году он переломился, и новый был отлит в Туле. Уникальное собрание лаврских колоколов сильно пострадало в 1930 г., когда были разбиты 25 колоколов, в том числе и самый большой на Руси – царь-колокол. Вес вновь отлитого в 2003 г. для лаврской колокольни Царь-колокола составляет 72 т.

Специально для колокольни были изготовлены и часы с курантами. По указанию императрицы Екатерины II велись переговоры с опытными английскими мастерами, но те запросили слишком дорого. Поэтому часы были выполнены в 1784 году мастером «тульской ружейной слободы Иваном Кобылиным Большим». Башенные часы безупречно работали на протяжении 120 лет, затем их заменили сегодняшними в 1905 году, но не потому что тульские часы стали плохо ходить, а просто из желания иметь новые.

В конечном итоге, высота колокольни составляет 88 м, что на 11 м больше звонницы Новодевичьего монастыря и на 6 м – колокольни Ивана Великого в Московском Кремле. Колокольня, отличающаяся исключительной стройностью, изяществом и изысканностью убранства, достойно завершила формирование уникального архитектурного лаврского ансамбля, став его высотной доминантой и объединив тем самым все другие архитектурные сооружения соборной площади. 

Троице-Сергиева Лавра: история обители, паломничество

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *